Правосудие против справедливости: кто кого?

23 октября 2005 г.

Валерий Елманов

Валерий Елманов
политолог, заслуженный работник культуры РФ

«ПРАВОСУДИЕ» ПРОТИВ СПРАВЕДЛИВОСТИ: КТО КОГО?

 (Точный ответ на вопрос - повторится ли нальчикская трагедия) 

 Сейчас вопросом  - когда именно правоохранительные органы в нашей стране справятся с разгулом убийц и террористов – задаются многие законопослушные граждане, особенно проживающие в Южном федеральном округе. Отвечу им кратко, хотя и неутешительно - никогда. Это абсолютно точно. Вот только правоохранительные органы в этом винить не надо. Они ни при чем. До тех пор, пока они  будут вести сражение против преступности в одиночку, встречая явное противодействие и Президента, и судебной власти, ничего не изменится и не может измениться. И я действительно знаю ответ на вопрос – повторится ли нальчикская трагедия. Мне очень не хотелось бы оказаться в роли зловещей Кассандры, но предсказываю – повторения нальчикской трагедии можно ожидать в ближайшие полгода, не позже.

 Почему? А вы сами подумайте. Сейчас ведь террористам и убийцам бояться совершенно нечего. Бога? Они в него не верят. Совести? У них ее нет. Справедливого возмездия со стороны властей? У нас в судах, при разборе таких дел, правит бал правосудие. Справедливостью там и не пахнет. Следовательно, timor est emendator asperrimus[1]  тоже отпадает.

 Вы никогда не задумывались, почему практически все детективные фильмы и книги, где речь идет о расследовании убийств, заканчиваются сразу после изобличения преступника и его ареста, но никогда не доводят свое повествование до судебного приговора? Да потому что авторы хотят рассказать о том, как торжествует справедливость. И они знают, что простому человеку будет очень неприятно смотреть или читать, как с нею расправляется так называемое правосудие, под прикрытием соответствующих статей Уголовного Кодекса. Наши служители правосудия давно забыли слова мудрого Гете, заявившего, что судья, который неспособен карать, становится, в конце концов, сообщником преступника.

 Последнее время многие газеты запестрели  броскими  заголовками на тему: «Оборотни в погонах». Слов нет, нечестных сотрудников МВД надо гнать в три шеи из органов, которые, к несчастью народа всей нашей страны, чуть ли не единственные стоят на страже справедливости. Но у меня вопрос – как быть с оборотнями в мантиях, заседающими в залах суда, которые за последние годы ни разу не восстановили справедливость в тех случаях, когда речь шла об убийцах. Впрочем, не только судьи, но даже и представители прокуратуры, так называемые государственные обвинители, похоже, напрочь о ней забыли и полны страстного желания помочь выжить «оступившимся всего несколько раз» убийцам, даже если на их счету не одна-две, а почти два десятка человеческих жизней.

 Наглядный пример – это совсем недавно прошедший процесс по делу о теракте в автобусе с персоналом военного аэродрома в городе Моздоке. Смертница-шахидка унесла с собой 19(!!) человеческих жизней, из коих более половины были гражданскими лицами. Еще 24 человека получили ранения разной степени тяжести.

 Поиск преступников увенчался успехом, но справедливость торжествовала недолго, лишь до порога здания суда. Даже государственный обвинитель потребовал, и то  лишь для двоих, из оказавшихся на скамье подсудимых,  всего-навсего пожизненного заключения, а судья в конце концов и эту, более чем скромную просьбу уполовинил.

 У нормального человека сразу возникает вопрос – а почему не смертной казни?! Они ее, по мнению обвинителя, что ж, не заслужили?! И еще один – сколько надо убить людей, чтобы хоть государственный обвинитель (о судьях я вообще молчу – уже давно на них крест поставил) потребовал для убийц смертной казни?! Я понимаю, что на одну отдельно взятую человеческую жизнь «правосудию» (иначе как в кавычках это слово ныне писать уже нельзя) давно наплевать. Для него это мелочь, которая даже пожизненного заключения уже не стоит. И две жизни – пустяк. Так, на два-три лишних года заключения потянет, не более. Но ведь и на девятнадцать, как мы видели, они уже не обращают внимания. Так сколько им нужно? Сотню? Две? Три? Да нет, судя по процессу над участником убийства детей в Беслане, несколько сотен тоже не в счет. А им всем что – не их же дети погибли.

 Они, конечно, люди ученые, в хитросплетениях закона умудренные, жаль только, что с пониманием справедливости огромные проблемы. Даже когда эта справедливость ни в коей мере не расходится с соответствующими статьями Уголовного Кодекса. Нет, нет, они ее как-то понимают, но уж в очень извращенной форме, которая простому смертному отчего-то стала недоступна.

 Суд в нашей стране и впрямь стал местом, где по меткому определению американского публициста Менкена, Иисус Христос и Иуда Искариот давно находятся в равном положении, с небольшим перевесом в пользу Иуды.

 Могут возразить, что у нас в стране мораторий на смертную казнь, вот потому, дескать, они и не могут прибегнуть к такому наказанию. Но это называется в огороде бузина, а в Киеве дядька. Даже я, не являясь юристом по образованию, прекрасно знаю, что мораторий означает лишь временную приостановку исполнения смертного приговора, только и всего. Саму же смертную казнь, как вид наказания, никто не отменял и из кодекса ее пока не выкидывал, хотя очень даже может быть, что скоро мы и до этого докатимся.

 Но зачем приговаривать к тому, что все равно приостановлено? Поясню. Если мораторий отменят, то все приостановленные приговоры приведут в исполнение, и к тому же тех, кто приговорен к смертной казни, нельзя выпустить на свободу в отличие от осужденных на любые срока. срока. Да, да, даже  осужденный на пожизненное заключение, при отсутствии каких-либо нарушений режима имеет возможность и вполне реальные шансы вполне легально выйти на свободу. Не сразу, конечно, лет через 25, но тем не менее. Представьте, как гордо будет гулять по улицам столицы через четверть века, скажем, убийца школьников из Беслана? Причем, совершенно на законных основаниях. А наше падкое на сенсации ТВ еще и заснимет этот исторический момент. А он так небрежно родителям тех детей, кого он убил, ручкой помашет. Так сказать, привет передаст через посредство голубого экрана.

  Кстати, со стороны Президента, коли уж зашла речь о самом моратории, эта мера выглядит, мягко говоря, не совсем этично, если не сказать больше. Принимать подобные волюнтаристские решения, совершенно наплевав на обстановку в стране и правящую в ней бал широкомасштабную преступность настолько неумно, что уже на основе одного этого поступка можно всерьез усомнится в наличии даже не государственного, а обычного ума. Впрочем, человеку, проспавшему в самолете свой собственный визит в другую державу, и не такое простительно. Что с него возьмешь? А вот поведение нынешнего президента в этом вопросе большинству простых людей совершенно не понятно.

 И особенно неясно, потому что сам Владимир Владимирович, еще в начале своего правления призывал вести с теми же террористами непримиримую беспощадную войну вплоть до их полного физического уничтожения. Напомню: «Будем преследовать террористов везде. В аэропорту – в аэропорту. Значит, вы уж меня извините, в туалете поймаем – и в сортире их замочим, в конце концов!»

 Согласитесь, пусть в запале, грубовато, но зато от души  сказано, и любому нормальному человеку эти слова не только понятны, но и близки. То есть на тот момент времени у нынешнего президента с народом было полное единство во взглядах на эту животрепещущую проблему. Зато сейчас, учитывая, что мораторий, введенный его предшественником, до сих пор не отменен, единство это куда-то пропало. Непонятно это, ведь обычный человек, приобретая жизненный опыт,  с годами становится все мудрее, а вот у наших президентов картина несколько иная…

   И кроме того, я придерживаюсь той мудрой мысли римлян, которая была взята мною в качестве подзаголовка: не царь является законом, а закон – царем.

 Если бы каким-нибудь комитетом, партией или общественно-политической организацией была разработана специальная медаль, только не с уклончивыми словами, типа «Стороннику гуманизма», а с более откровенными: «Защитнику жизни убийц и террористов», то я бы вручил эти знаки отличия за номером один и два нашим президентам.

  Можно возразить, что суд ныне совершенно независим и президент не имеет право вмешиваться в его решения. Не спорю. Но мораторий вводили именно они. Это раз. А во-вторых, можно таким образом изменить УК, чтобы тому же судье и деваться было некуда – либо закон нарушать, либо к смертной казни приговаривать. Между прочим еще Аристотель говорил, что «хорошо составленные законы должны оставлять как можно меньше произволу судей, потому что законы составляются людьми на основании долговременных размышлений, судебные же приговоры произносятся на скорую руку». В стране разгул вседозволенности и терроризма, а мудрые законодатели, например Солон, приноравливал законы к окружающим обстоятельствам, а не обстоятельства к законам. 

Но вернемся к медалям  «Защитнику жизни убийц и террористов». Медаль номер три по праву принадлежит гособвинителю Марии Семисыновой. Именно она выступала от имени государства по делу о теракте в Моздоке, изначально призывая сохранить жизнь всем обвиняемым без малейшего исключения. Медаль номер четыре – судье Александру Абоеву, который выносил приговор на том же процессе. Следующие номера – в порядке очередности – тем, кто сохранил жизнь мерзавцу, убивавшему детей в Беслане и тем, кто будет судить бандитов, орудовавших в Нальчике, и т. д. 

 Само же вручение хорошо было бы сделать гласным и широко разрекламировать в газетах и по телевидению, с официальным перечнем заслуг, благодаря которым человек ее удостоился. Сделать это надлежит даже в случае, если кто-либо из удостоенных  награды почему-то уклонится от ее получения. В конце концов, саму медаль можно послать и почтой, но народ должен знать, кто стоит на страже жизни простых законопослушных граждан, а кто – защищает жизни убийц и террористов.

 А ведь если бы был проведен соответствующий референдум, то народ охотно проголосовал бы не только за отмену моратория, но и за публичность смертной казни, а также за дополнительное расширение ее границ.

 Некоторые правозащитники и адвокаты, в частности тот же Генрих Резник или Роман Червонцев, статью которого я не так давно прочел в одном известном и уважаемом журнале, сразу закричали бы, что это возврат от гуманизма к мрачному средневековью и наворотили бы еще много всякой всячины вокруг моих слов. Но как же тогда vox populi vox dei,[2] ведь этот референдум  отразил бы мнение большинства населения нашей страны. И выглядели бы такие меры для  народа возвратом к здравому смыслу, а также наглядно проявленной заботой государства и правительства о здоровье своей страны.  И вообще, плевать, какого цвета кошка, главное, чтобы она ловила мышей.

   Разумеется, можно, подобно Червонцеву,  лицемерно рассуждать, что такая ссылка на глас народа некорректна, поскольку, дескать, «в соответствии с мировой практикой, вопросы, связанные с регулированием общепризнанных прав и свобод человека и гражданина, не могут решаться всенародным опросом». Позвольте, а что же тогда, по вашему мнению, демократия?  Я-то, наивный, считал, что слово это как раз и означает народовластие, то есть принятие именно им решений по наиболее важным вопросам. Если же исходить из их слов, то в таких случаях должна собираться узкая кучка подлинных гуманистов и борцов за права человека, и принимать решение, но не с оглядкой на подлинное мнение народа, а по принципу: «Народ глуп, жесток и ничего не понимает. Какое счастье, что у него есть мы. Уж мы-то  знаем, что на самом деле  ему нужно и сделаем так, как надо, а не так, как они хотят». Но ведь наша Конституция не предусматривает граждан первого, второго или третьего сорта. Мы, слава Богу, не в банановой Прибалтике живем, так что все равны.

 Между прочим, лидеры коммунистической партии на протяжении 70-ти лет именно так и поступали, в твердой уверенности, что уж им-то доподлинно известно, что на самом деле необходимо народу. Разница лишь в том, что они исходили из интересов дальнейшего углубленного строительства и развития социалистического общества в нашей стране, а Роман Червонцев и прочие - из интересов такого же углубленного строительства и развития некоего демократического общества. Но ни в том, ни в другом случае  не из обыденных интересов простого народа. А ведь еще древние говорили, что законы пишутся для обыкновенных людей, поэтому самые хорошие из них  должны основываться на обыкновенных правилах здравого смысла.

 Поймите меня правильно. Я ни в коей мере не выступаю против этой самой мировой практики. Пусть она себе и дальше развивается в том же направлении аж во всем мире…, но только кроме нашей России.

 Еще один довод правозащитников – надо дать человеку возможность стать на путь исправления. Вдруг именно этот убийца и в самом деле исправится и перестанет убивать людей. Возможно, что с одним из десяти такое и произойдет. А как быть с остальными девятью? Тут наши псевдогуманисты разведут руками и промямлят что-то про запущенный случай, на который нужно потратить намного больше времени. А пока пусть убивает? «Ну что вы уж так сразу, - возразят мне. – Может он еще и не будет это делать». Может и не будет. Но только еще древними подмечено и эта мысль зафиксирована в Талмуде, что тому, кто совершит свое преступление дважды, оно уже кажется дозволенным. И действительно, процент убийств, совершаемый уже отсидевшими свой срок убийцами достаточно высок. Получается интересная арифметика – обречь на смерть в будущем четыре-пять ни в чем не повинных людей для того, чтобы иметь туманную возможность спасти заблудшую душу одного негодяя. Логики - никакой, зато гуманизма вместо нее – навалом, вот только выглядит он как-то абстрактно.

 И потом. Исходя из этой точки зрения правозащитников, получается, что единственная цель наказания – это исправление и перевоспитание преступника. Но в таком случае из процесса восстановления нарушенного убийцей права напрочь выпадает потерпевший. Пусть не сам лично, поскольку из-за этого подонка он уже в могиле, но друзья погибшего, родственники, которые лишились близкого человека. А какая же здесь справедливость, впрочем, о ней я вообще молчу, но даже какое может быть  «правосудие» в таком случае? Ведь при вынесении приговора все внимание сконцентрировано на причинившем зло, а его жертва напрочь игнорируется и таким образом убивается дважды. Первый раз преступником, а во второй – людьми в мантиях.

 Знаете ли вы, что за прошлый год органами МВД за совершение новых преступлений было задержано более 73 тысяч рецидивистов, в том числе опасных и особо опасных. Разумеется, каждый из них получит свое, но ни один – есть у меня «почему-то» такая уверенность, не будет приговорен к расстрелу. Даже если руки у него вновь по локоть в крови. В человеческой крови.

 Приговоры судейского корпуса последнее время могут привести в изумление кого угодно. Например, в середине 90-х некий Сергей Михайлов из маленького райцентра приговаривается к смертной казни за жестокое убийство девочки-третьекласницы. Спустя несколько лет, то есть уже после введения моратория на смертную казнь, в этом же городке и этот же суд, только за убийство двух девочек такого же возраста приговаривает некоего 20-тилетнего Козлова к… 15 годам лишения свободы.

 До амнистии по этой статье наши гуманисты, пока, во всяком случае, слава богу, не додумались, но к 35-ти годам заматеревший и озлобленный на весь мир Козлов все равно выйдет на свободу, если его, конечно, не убьют на зоне, и что тогда? Я не знаю, продолжит ли он свою кровавую работу, но твердо убежден в другом. Если от его рук погибнет еще какой-нибудь подросток, то вина за эту смерть будет лежать и на том добреньком – для садиста и убийцы – судье, который страшную мученическую гибель каждой девочки оценил аж в семь с половиной лет лишения свободы.

 Более того, лицемерные либералы своим непростительно гуманным отношением к убийцам делают преступников из абсолютно законопослушных граждан. Для этого достаточно вспомнить великолепный фильм «Ворошиловский стрелок». Да, герой Михаила Ульянова восстанавливал справедливость и ни один из порядочных людей его за эти противоправные незаконные действия не осудил бы. Но с точки зрения юристов он грубо нарушил закон и подлежит суду. Возразят, что здесь-то как раз МВД напортачило. Не спорю. Но представьте, что девочку не только изнасиловали бы, но и убили, а дело дошло до суда. Неужели вы считаете, что наш «ворошиловский стрелок» смирился бы с приговором гуманистов в мантиях, которые – я исхожу из аналогичных дел – дали бы преступникам не более десяти лет в самом лучшем случае, а скорее всего – малолетки, первый раз, хорошие характеристики, искреннее раскаяние, активная помощь следствию – по два-три года. Да нет же. Он вновь принял бы собственные меры для восстановления подлинной, а не фиктивной справедливости.

  Еще утверждают, что от отмены моратория на смертной казнь количество преступлений подобного рода отнюдь не убавится. Не согласен. До тех пор, пока у нас на страже справедливости будет стоять лишь МВД и ФСБ, а третья (судейская) власть вершить свое прежнее гуманное (но только по отношению к преступнику) правосудие – изменения действительно будут  не такими значительными, как хотелось бы. Но даже в таких неблагоприятных условиях количество преступлений будет снижено. Об одной причине я уже говорил – это страх потенциального убийцы перед возмездием.

 Теперь о второй. Согласно официальных статистических данных правоохранительных органов процент, так сказать, повторной преступности у нас в стране необычайно высок и имеет тенденцию к росту. В прошлом году он, например, поднялся на 3,3% и достиг отметки в 27,7%. Это означает, что один из каждых четырех осужденных сели на нары, как минимум, повторно. Количество лиц, признанных рецидивистами, и совершившими  повторные преступления, поднялось почти до 57 тысяч человек. Количество опасных рецидивистов (есть и такая категория)  совершивших новое уголовно наказуемое деяние в 2004 году, зашкалило за 12 тысяч человек. Особо опасных - 4365 человек. Как вы думаете, сколько уже трупов имелось за плечами у двух последних категорий и сколько из них осуждено за новые убийства? Согласно мнению экспертов  - не менее, чем каждый пятый. Стало быть три с лишним тысячи погибших. Часть из них – процентов десять - отметаем в сторону, так как это их же дружки-подельники. В этом случае ребятишки в наколках выполнили общественно полезную работу, на которую никак не отважится судейский корпус. Но остальные-то погибли невинно. 

 Вот вам и вторая причина снижения убийств при условии ужесточения уголовного кодекса. Она заключается в том, что смертная казнь даст стопроцентную защиту всем гражданам от преступного  рецидива. Ведь однажды изобличенный в своем злодеянии убийца, с которым поступят по всей строгости, уже никогда не совершит своего преступления повторно. Вы  только вслушайтесь: рецидивист-убийца больше никогда и никого не сможет убить! Железная гарантия! Он просто физически не сможет этого сделать. Из могилы встают только в ужастиках Стивена Кинга.

 Да и число тех, кому наплевать на человеческую жизнь, с каждым справедливым приговором станет убавляться на одну единицу. Мелочь, конечно, но все равно приятно. Так, глядишь, с каждым годом, их общее количество тоже начнет постепенно уменьшаться, а не расти, как сейчас, потому что прежних оставляют в живых, а, глядя на это, к ним все время добавляются новые.

 Конечно, хорошо было бы их и вовсе истребить, но это уже из разряда несбыточных мечтаний. Они вечны, как тараканы, крысы, клопы и прочие вредные твари.

 

 

 

 

 

 



[1] Страх – суровейший исправитель (лат.).

[2] Глас народа – глас божий (лат.)

Межрегиональная Лига журналистов

Мнения

15 октября 2018 г.
Валерий Елманов

Валерий Елманов,
политолог, заслуженный работник культуры РФ:
Подарок судьбы или «Русская правда» в действии

07 августа 2018 г.
Станислав Белковский

Станислав Белковский,
учредитель Института национальной стратегии:
Российским чиновникам рекомендовано вернуть детей и родителей на Родину

07 августа 2018 г.
Валерий Елманов

Валерий Елманов,
политолог, заслуженный работник культуры РФ:
Переход на линию №…

07 августа 2018 г.
Александр Архангельский

Александр Архангельский,
автор и ведущий программы "Тем временем" на телеканале "Культура":
Наша школа дожёвывает позавчерашние бутерброды

10 июля 2015 г.
Станислав Белковский

Станислав Белковский,
учредитель Института национальной стратегии:
Дожить и пережить президента

08 июля 2015 г.
Юлия Латынина

Юлия Латынина,
Обозреватель "Новой газеты":
Наука уничтожать

03 марта 2015 г.
Валерий Панюшкин

Валерий Панюшкин,
Cпецкорр Русфонда, руководитель детского правозащитного проекта "Правонападение":
Рецепт радости

12 февраля 2015 г.
Сергей Лавров

Сергей Лавров,
Министр иностранных дел России:
Переговоры идут лучше чем супер