Жертвы режима

16 февраля 2012 г.

Юлия Латынина
Обозреватель "Новой газеты"

Одним из пунктов резолюции митинга на Болотной 4 февраля 2012 года стало освобождение политических заключенных. Беру список политзаключенных, представленных к немедленному освобождению. Читаю первую фамилию: Аракчеев Сергей. Напомню историю офицеров Аракчеева и Худякова (приговор несложно найти в сети, и история полностью описана в приговоре).

История началась 15 января 2003 года с того, что Аракчеев и Худяков, служа в Грозном, напились в хлам. Собственно, истории всех российских военных преступлений в Чечне начинаются с этого. Сказки начинаются с «однажды жили-были», а истории российских военных преступлений с «однажды они напились в хлам».

Напившись в хлам, они с сослуживцами поехали за спиртным на БТР, уронили с брони товарища (Головина), обстреляли блокпост федеральных сил и случайно подстрелили другого товарища (Королева), что, понятое дело, привело их дополнительно в печальное состояние духа. В этом печальном состоянии пьяная компания и напоролась на «Волгу», в которой ехал чеченец Юнусов с женщиной. Юнусова посадили в БТР и отвезли на базу. На базе пьяный Худяков избил Юнусова и прострелил ему ногу, а заодно забрал себе деньги чеченца и перстень, который потом нашли среди худяковских вещей.

Это было еще полбеды – беда была потом. После «Волги» БТР повстречался с «КамАЗом», в котором сидели чеченцы Янгулбаев, Джамбеков и Хасанов. Для понимания всего последующего важно понимать, что: а) чеченцы были убиты выстрелами из автомата «Вал» и из АК-74, причем АК-74 из всех присутствующих был вооружен один Аракчеев; б) показания о расстреле давал именно Аракчеев, многократно путаясь в деталях и топя всех, кроме себя любимого.

Сначала Аракчеев подробно рассказывал, как всех троих чеченцев расстрелял Худяков, а очередь из АК-74 поверх их голов дал Ефремов (которого там не было). Потом, когда попытка свалить стрельбу из АК-74 на Ефремова не выгорела, Аракчеев заявил, что он, да, стрелял, но уже в мертвых: подробно расписал, как Худяков убил сначала одного чеченца, потом других, а потом-де спросил «слабо выстрелить?», и вот, так как он, Аракчеев, видел, что «на земле лежат два трупа с несовместимыми с жизнью ранениями», он в них и выстрелил. И только когда оказалось, что раны из АК-74 прижизненные, политический заключенный Аракчеев выдвинул новую версию: чеченцев-де убили боевики, которые угнали БТР. И, видимо, как в анекдоте про поручика Ржевского, подсунули перстень Худякову.

Еще раз повторяю: сливал товарищей Аракчеев как мог – и виноватых, и невинных.

Читаю вторую фамилию: Барановский Дмитрий, преследуется (кто бы мог подумать!) за «антикоррупционную деятельность».

Дмитрий Барановский (aka солнцевский браток Беленький, aka один из лидеров подмосковного «Боевого братства») произвел на меня лично неизгладимое впечатление с того момента, когда он вписался за некоего Армена Рштуни (приятеля небезызвестного следователя Салавата Каримова), каковой Рштуни, видимо, на почве этого приятельства взорлил, почувствовал себя Сечиным и решил получить с Вексельберга. Помню, как мы с г-ном Барановским сидели в кафе «Пиноккио», и Барановский гнул пальцы, объясняя мне, что типа в натуре, если бы Вексельберг проявил к пацанам уважение, то они были бы готовы дружить, но вот Вексельберг дружить не хочет и тем нанес оскорбление.

Затем г-н Барановский стал замглавы оборонного предприятия «Ратеп» (после того, как там убили коммерческого директора), а заодно возглавил некую правозащитную организацию «Справедливость», которая, по моему мнению, являлась абсолютно фейковой и занималась вымогательством под предлогом борьбы с коррупцией. На чем, собственно, и спалился (вымогательство $22 млн у министра транспорта Подмосковья и прочее),

Читаю третью фамилию: Белоусов Иван. Это те самые Белоусов и Скляр, о которых сердобольная Зоя Светова, всегда готовая впрягаться за любого вурдалака, написала прочувствованную статью «Охота на наших детей». Милые дети, всего лишь состояли в НСО да подорвали столб на Манежке. Напомню: НСО «Север» на другом процессе насчитали 27 убийств таджиков и всяких прочих «унтерменов».

Ребята, вы что, охренели? Военный преступник, рейдер-браток, нацики-террористы – это еще не предел. Самым фантастическим участником этого списка является Игорь (Алексей) Соколов, aka Идобаев, aka Лом-Эли, который сразу после окончания Львовского высшего военного политучилища сражался вместе с Басаевым еще в Абхазии, в 1995-м захватывал Буденновск и потом десять лет бегал, меняя имена, явки и фамилии. Сын ГРУшника, служивший у Басаева снайпером и муллой, – это уж, знаете, все равно что еврей, вступивший в СС.

В этом списке есть те, кого я считаю политзаключенными. Это Ходорковский с юкосовцами, нацболы и, безусловно, Решетин с сотрудниками: напомню, это человек, который экспортировал в Китай свои же научные разработки и перебежал дорогу нашим глонассам. Остальной список выглядит так, как будто его составляла демшиза (митинговавшая в феврале в количестве 150 чел. на Сахарова и никого, кроме себя, не представляющая) на паях с нациками и прожженными мерзковатыми адвокатами. (Газета.РУ)